ИМПЕРСКИЕ ВЕДОМОСТИ (dima_piterski) wrote,
ИМПЕРСКИЕ ВЕДОМОСТИ
dima_piterski

Category:

Эволюция кинематографического зла

О зле кинематографическом и реальном

Кинематографическое зло, приходящее к кинополотен хорров, условно можно разделить на два вида:

1. Зло, пришедшее в ваш дом из окружающей среды в форме маньяков, монстров и прочей нечисти;
2. Зло, проснувшееся в вас или ваших близких, т.е. спятивший и ставший неким кровавым упырём муж/иной близкий человек.

Собственно, вокруг этого и строятся сюжеты современных фильмов ужасов. И все было бы ничего, если бы это зло не становилось с каждым годом всё более милым и привлекательным.

Крестьян в средневековой Европе пугали вурдалаками, упырями и домовыми. Они были невероятно мерзкими, и их можно было победить, например всё тем же осиновым колом, или же отогнать религиозным вундер-ваффе.
По мере индустриализации человечества и превращения нас в цивилизацию электроэнергии, ростом объёма знаний об окружающем мире, и формированием какой-никакой, но научной картины мира, пугаться какого-то гниющего и разваливающегося на части упыря стало признаком дурного тона. С какой такой стати мадемуазель, дочь лорда или уважаемого буржуа, владеющего газетами и пароходами, должна бояться того же, чего опасается простая доярка с язвами на руках от коровьей оспы?

Но, по мере накопления товарно-материальных ценностей, растут человеческие потребности и к делу освоения доступной наличной массы присоединяются различные писатели. Так сочинили того же графа Дракулу.

Однако далее, следуя спросу и своей извращённой фантазии, зло преображалось. Оно утрачивало признаки невероятного уродства, гнили и смрада, становилось более привлекательным. Этому, конечно, всячески способствовал кинематограф.

Одновременно зло становилось все сильнее победить или прогнать. Оно превращалось в нечто всемогущее, перед лицом которого человек – ничто. Ему перестали помогать божества, его не спасает наука. Оно как Ктулху. Всесильное и всемогущее.

Однако скатывание человечества в буйство постмодерна преобразило зло до неузнаваемости. В эпоху постмодерна, грань между добром и злом стёрлась. Причина этого в том, что в логике постмодернизма истина не конкретна, а абстракта, следовательно, грани между уродством и красотой не существует, равно как нет ни добра, ни зла. Именно потому нагадить на пороге храма — перфоманс, а люди делятся не на добрых и злых, а на полезных, которым можно простить любые прегрешения.

Собственно, подавляющее большинство творческих элит — законченные постмодернисты, потому и кинопродукцию выпускают соответствующую.

В нашем дивном новом мире, зло стало не только красивым, но и добрым что ли. От вампира Эдварда в «Сумерках» можно родить ребёнка, с вампирами из
«Реальных упырей» можно ходить в ночные клубы, дабы следом под шуточки актёров наблюдать за расчленением приглянувшихся доверчивых девушек. А в первом сезоне «Американской истории ужасов» и вовсе жизнь призраков в доме победившего зла куда приятнее жизни живых. Да и понять, кто страшнее — призраки или живые достаточно сложно. Но куда страшнее то, что зло невозможно победить. Никак и ничем.

Зло облагородили, сделали всесильным и бессмертным, а человека превратили в настолько ничтожное существо, что подлинном счастливым и свободным он начинает себя ощущать, лишь совершив невероятное преступление, став каким-то исчадьем потустороннего мира.

Облагораживание зла идёт параллельно с кризисом научного знания: где знакомые нам высокотехнологичные охотники за приведениями, где истребитель нечисти Ван Хельсинг? Они ушли с экранов, их заменили маньяки, прикрывающиеся личиной семьянинов, бесполезные медиумы и шаманы.

Логичный итог такой замены — расчеловечивание масс, потеря ими каких-либо нравственных ориентиров, превращение человеческих отношений в товар.

Впрочем, не воображаемые вурдалаки являются злом. Единственное зло в этом мире — сам человек, в котором в последнее время позиции Танатоса стали куда сильнее позиций Эроса.

И выйти из этого нравственного кризиса, не хлебнув горя и лишений, полагаю, мы не сможем. Ведь воображаемое и кинематограческое зло, равно как и неубиваемые герои боевиков, меняют наше сознание, вернуть которое к нормальному состоянию может лишь суровая реальность, в которой у нас лишь одна жизнь, а со смертью мы превращаемся в куски никому не нужно мяса. И единственное, что от нас остаётся — память и список деяний.

Иван Лизан

P.S. Хорошая статья. Жаль только, что автор не заметил самого главного - всё это стало неизбежным следствием неверия, отдаления человека от Бога. Когда овцы уходят от Пастыря, их съедают волки. Человечество сейчас и есть стадо таких заблудших, обманутых, беспомощных овец. А те умные и безгранично злобные существа, которые внушают овцам мысль о "свободе самореализации", в душе хохочут и глотают слюни.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 22 comments